«Комедия — это уже клетка»: Федор Добронравов признался, что устал от «Сватов» и зачем кино должно возвращать уважение к простым профессиям
Федор Добронравов давно стал для зрителей чем-то вроде национального антидепрессанта. Для одних он навсегда останется Иваном Будько из Сваты, для других — артистом из «Шести кадров» или «Ликвидации». Но в новом большом интервью неожиданно выяснилось: сам Добронравов от этой бесконечной комедии уже откровенно устал.
И говорил он об этом без привычного телевизионного юмора.
С какой-то тихой обидой человека, которого десятилетиями зовут играть примерно одного и того же «простого мужика».
Самая жёсткая часть разговора — признание о собственном амплуа. Актёр прямо сказал, что чувствует себя заложником образа деревенского весельчака.
«Мне предлагают опять идти по накатанному: комедия, комедия, комедия. А предлагают борщ, борщ, борщ.»
Фраза неожиданно точная. Потому что российское кино действительно любит превращать популярных актёров в бесконечный шаблон. Если зритель однажды засмеялся — продюсеры будут выжимать этот образ до последнего.
И Добронравов, кажется, от этого уже банально устал.
При этом он не отказывается от комедии. Наоборот — признаётся, что сам живёт с юмором и пытается даже дома разряжать обстановку через улыбку. Но когда тебя десятилетиями зовут играть только «своего мужика с шутками», это начинает работать как клетка.
Тихая такая. Народная.
Почему артисту важнее театр, чем киноВ интервью Федор Добронравов неожиданно жёстко прошёлся и по современному кинопроизводству. По его словам, индустрия сейчас работает слишком быстро и почти перестала репетировать.
«Сейчас в основном: “Мотор, камера, поехали”. Умеешь — хороший артист. Не умеешь — поехали дальше.»
И вот тут чувствуется человек старой школы. Для него театр остаётся местом, где актёр каждый вечер заново доказывает, что имеет право выходить на сцену.
Без дублей. Без монтажа. Без права спрятаться за спецэффектами.
На фоне потокового конвейера сериалов это звучит почти старомодно. Но в словах Добронравова есть неприятная правда: современное кино всё чаще снимается как контент, а не как ремесло.
О сыновьях, внучках и редких встречахОчень тепло артист говорил о сыновьях — Виктор Добронравов и Иван Добронравов. Причём без пафоса про «актёрскую династию».
Наоборот — с грустью о том, как редко семья вообще видится.
«Каждый фильм, в котором мы встречаемся, — это лишний повод вечерами посидеть, о чём-то пофилософствовать.»
Отдельно он похвалил режиссёрскую работу Ивана Добронравова — фильм «Никто не знает про Маньпупунер». И, если честно, именно в таких моментах интервью становится живым. Не парадным.
Без дежурных фраз.
«Мы живём во времена троечников»Самая спорная мысль прозвучала ближе к концу разговора. Добронравов неожиданно начал рассуждать о падении профессионализма — и актёров, и журналистов, и вообще общества.
«Мы растём во времена троечников.»
По его мнению, кино сегодня слишком часто измеряется только деньгами, а уважение к простым профессиям исчезает. Он вспоминал токарей, слесарей и старые фильмы вроде Весна на Заречной улице, после которых людям хотелось идти работать на завод.
И вот это уже звучит не как интервью актёра, а как разговор человека, который очень боится окончательной потери смысла в профессии.
Что говорят зрители«Добронравов один из немногих, кто говорит без глянца и заученных фраз.»
«Фраза про борщ — боль всех актёров одного образа.»
«Про времена троечников жёстко, но ведь попал в точку.»
«Вот поэтому его и любят — видно нормального человека, а не звезду.»
Теги: ФедорДобронравов Сваты РоссийскоеКино Театр Интервью