Джиллиан Андерсон пережила слэшер 80-х — и теперь её заставили вернуться: критики дали фильму 94%, зрители уже ругаются

Джиллиан Андерсон играет «последнюю девушку» старого слэшера, а Ханна Айнбиндер пытается его перезапустить. Критики в восторге, зрители раскололись

С названием Teenage Sex and Death at Camp Miasma фильм заранее предупреждает, что приличным вечером это не закончится. Джейн Шёнбрун, автор «Я видел сияние телевизора», взяла Джиллиан Андерсон, сделала её бывшей «последней девушкой» дешёвого слэшера 1980-х и столкнула с молодой режиссёркой в исполнении Ханны Айнбиндер. Картина уже доступна в цифре, на Rotten Tomatoes у неё 94% от критиков и 79% от зрителей. Разница небольшая по меркам больших провалов, но комментарии выглядят так, будто люди смотрели вообще разные фильмы.

Сначала кажется, что сейчас снимут новый «Крик»

Франшиза Camp Miasma давно выдохлась. Студия нанимает молодую режиссёрку Крис Уильямс, чтобы воскресить старый слэшер, а та отправляется к Билли Пресли — звезде оригинала, которая после съёмок исчезла из публичной жизни.

На этом месте обычный фильм полез бы искать старого маньяка.

Шёнбрун интересует другое: почему мы вообще влюбляемся в фильмы, которые одновременно пугают, возбуждают и формируют наши фантазии раньше, чем мы успеваем их понять. Крис буквально одержима старой картиной и самой Билли. Дальше граница между ремейком, воспоминанием и сексуальной фантазией начинает течь вместе с бутафорской кровью.

Это слэшер, который внезапно решил сходить на психотерапию.

Андерсон здесь страшнее маньяка

Джиллиан Андерсон играет Билли тихо. Без привычного образа «легенда вернулась». Она смотрит на Крис так, будто уже знает, чем закончится чужая одержимость.

И вот это работает лучше любой бензопилы.

Ханна Айнбиндер, наоборот, нервная, смешная и слишком увлечённая собственной идеей. Вместе они превращают фильм не столько в хоррор, сколько в очень странный роман между фанаткой и женщиной, которую эта фанатка сначала воспринимает почти как персонажа.

В Каннах фильм открывал программу «Особый взгляд», а позже получил Queer Palm. Хронометраж — 112 минут, оператор Эрик Юэ, музыку написал Alex G.

«Шедевр» или два часа чужой диссертации

Зрители раскололись почти идеально.

Это такая же умная мета-игра со слэшерами, как «Крик», а местами даже глубже.
— пользователь Reddit / r/horror

Джиллиан Андерсон великолепна. Она одновременно пугает, соблазняет и выглядит совершенно сломанной.
— пользователь Reddit / r/AMCAListTrue

Но есть и противоположная реакция.

Я несколько раз думал уйти из кино. Потом казалось, что фильм заканчивается, а он снова продолжался.
— пользователь Reddit / r/TrueFilm

Я вообще не понял, о чём фильм. Мне нормально с weird cinema, но здесь я просто потерялся.
— пользователь Reddit / r/Ijustwatched

И вот тут я скорее между лагерями. Фильм умный, но иногда настолько хочет, чтобы мы заметили его ум, что начинает мешать самому себе.

Кровь здесь нарочно выглядит дешёвой

Отдельная драка идёт вокруг эффектов. Некоторые зрители ругают плохую CGI-кровь. Другие уверены, что она специально сделана паршиво, чтобы имитировать дешёвые слэшеры 80-х.

Я верю во второй вариант. Шёнбрун слишком хорошо знает жанр, чтобы случайно снять настолько нелепые фонтаны.

Проблема не в крови. Проблема в том, что третий акт начинает объяснять идеи, которые первые полтора часа прекрасно существовали без инструкции. Там, где «Крик» (1996) шутил о правилах хоррора и одновременно оставался бодрым хоррором, Camp Miasma иногда превращается в киноведческий семинар с обезглавливанием.

Смешно. Красиво. Местами ужасно самодовольно.

Но Андерсон я бы ради этого фильма всё равно включила.

Джиллиан Андерсон, Ханна Айнбиндер, Camp Miasma, хорроры 2026, Джейн Шёнбрун, рецензии