Надюха не простила Василия и выставила его за дверь: другой финал «Любовь и голуби» мог закончиться совсем не так, как мечтал Меньшов

В комедии Владимира Меньшова «Любовь и голуби» (1984) Василию Кузякину простили измену, а семью снова собрали за одним столом. Надя тайком встречалась с мужем, пока тот жил на старом пароме, и вскоре супруги узнали, что ждут ребёнка. Хорошая концовка, только меня всегда интересовало, что случилось бы, окажись Надежда чуточку упрямее. Ведь женщина, которая столько лет терпела Васины причуды, вполне могла однажды решить, что с неё хватит.

Последнее свидание на пароме

Всё начинается знакомо. Вася возвращается от Раисы Захаровны, получает от Нади заслуженную порцию ругани и отправляется жить на старый паром. Дядя Митя приносит ему хлеб, солёные огурцы и советы по восстановлению семейной жизни, причём последнее у него получается значительно хуже первого.

Вечером на берег приходит Надя. Вася уже приготовился каяться, припас цветы, собранные возле соседского забора, и даже надел чистую рубашку. Однако жена слушает его недолго.

— Василий, я ведь тебя ждала. Сначала с курорта, потом от этой твоей... интеллигентной. А теперь думаю: чего я всё жду-то? Дети выросли, хозяйство на мне. Ты мне, Вася, кто теперь?

Муж пытается объяснить, что совершил ошибку, что ему не хватало голубей и что Раиса Захаровна заставляла его пить какую-то гадость из трав.

— А мне тебя не хватало, — отвечает Надя. — Только я и без тебя прожила. Дальше тоже справлюсь.

Она уходит. Вася долго стоит на берегу с цветами. Потом замечает, что прихватил вместе с букетом соседскую петрушку.

Дядя Митя объявляет операцию спасения

Утром Вася появляется у дяди Мити. Тот немедленно предлагает план: написать Наде письмо, в котором сообщить о тяжёлой болезни мужа. Желательно смертельной, поскольку на обычную простуду Надежда вряд ли отреагирует.

Баба Шура, услышав переговоры, выгоняет обоих из дома. Заодно обещает лично обеспечить Мите смертельную болезнь, если тот продолжит распоряжаться чужими судьбами.

Вася решает действовать самостоятельно. Сначала помогает соседу с забором, потом чинит калитку, а вечером приносит Наде ведро свежей картошки. Та благодарит, но разговора о возвращении домой не заводит.

Лёнька встречает отца на улице и неожиданно перестаёт ругаться.

— Ты, батя, мамке картошку хоть до старости таскай. Только обратно она тебя за мешок картошки не возьмёт.

Василий впервые слышит от сына взрослые слова и даже обидеться толком не может.

Раиса Захаровна возвращается в деревню

Через неделю приезжает Раиса Захаровна. С чемоданом, городским плащом и твёрдым намерением объяснить Надежде, что во всей истории виноваты обстоятельства.

Она застаёт хозяйку за стиркой и начинает разговор о душевной близости, несовместимости темпераментов и неизбежности жизненных кризисов.

Надя терпеливо слушает минут пять.

— Ты мне лучше скажи, Раиса Захаровна, чего приехала? Васю забирать? Так забирай. Вон он у Мити сидит, третий день голубям скворечник мастерит. Совсем мужик умом тронулся.

Раиса отправляется к соседям, где обнаруживает Василия с молотком в руках. При виде бывшей возлюбленной он роняет доску себе на ногу.

Дядя Митя немедленно объявляет, что наблюдает редчайший случай взаимной любви, от которой у мужчины одна сплошная инвалидность.

Раиса Захаровна пытается увезти Васю обратно в город. Тот отказывается. После короткого разговора она вдруг спрашивает, почему он так настойчиво добивается прощения Нади.

— Домой хочу, — признаётся Вася.

— А она тебя домой не хочет. Может, ты хоть однажды её послушаешь?

И уезжает, оставив бывшему возлюбленному небольшой пакет с витаминами.

Дом, в который нельзя вернуться

Осенью Лёнька собирается в армию. Вася приходит проводить сына и впервые за несколько месяцев оказывается за семейным столом. Надя ставит перед ним тарелку, спрашивает, хватит ли картошки, но никому не предлагает забыть прежние обиды.

После ужина они выходят во двор. Голуби суетятся на крыше, Оля смеётся, наблюдая за ними.

— Надь, а может, всё-таки?.. — начинает Вася.

— Нет, Василий. Ты к детям ходи, помогай им. И со мной по-человечески разговаривай. Только жить мы больше вместе не будем.

Вася молча кивает. Утром он уходит с парома и снимает комнату у одинокой соседки. Устраивается на прежнюю работу, ремонтирует свою голубятню уже на чужом участке. Надя иногда приносит ему пироги, он помогает ей заготавливать дрова.

Однажды Оля спрашивает мать, любит ли она папку.

— Люблю, доченька. Дурака этого всю жизнь любила.

— А чего тогда не помиритесь?

— Потому что я себя тоже люблю. Поздно, конечно, научилась.

Последний кадр: Вася выпускает голубей, и птицы поднимаются над деревней. Несколько садятся на крышу старого дома. Надя выходит на крыльцо, смотрит на них, улыбается и зовёт Олю ужинать.

Мне нравится оригинал, но в такой версии у Надежды наконец появляется собственное решение. И, пожалуй, самая трудная роль достаётся Василию: ему придётся научиться жить с этим решением.

Любовь и голуби, Владимир Меньшов, советское кино, альтернативная концовка, Василий Кузякин