За 6 лет до «Полёта Феникса» в СССР уже посадили ребёнка за штурвал — «Последний дюйм» до сих пор выглядит чужаком среди кино 1950-х

«Последний дюйм» сняли на «Ленфильме» 67 лет назад, но самолёт, акулы и история отца с сыном до сих пор держат лучше многих современных приключений

«Последний дюйм» вышел в советский прокат 10 июня 1959 года, хотя производство «Ленфильма» датируется 1958-м. Теодор Вульфович и Никита Курихин взяли рассказ Джеймса Олдриджа и сняли не привычное детское кино, а почти голливудский survival: самолёт, безлюдный берег, акулы и двое людей, которым никто не придёт на помощь. Николай Крюков играет американского лётчика Бена Энсли, а школьник Слава Муратов — его 12-летнего сына Дэви. Через 67 лет сильнее всего удивляет даже не масштаб, а то, насколько мало фильм похож на типичную советскую картину своей эпохи.

Акулья бухта нашлась на Каспии

Бен давно остался без постоянной лётной работы и соглашается снять акул под водой для телевидения. В поездку он берёт Дэви, отношения с которым скорее напоминают неловкое соседство, чем близость отца и сына. После нападения акул Бен едва выбирается на берег и уже не способен самостоятельно поднять самолёт. Дэви приходится садиться за управление.

Отсюда и название. При посадке отец объясняет сыну, что судьбу машины решает последний дюйм до земли.

Египет и североафриканский берег снимали вовсе не за границей: натуру нашли в Азербайджане, работали в Баку, Бильгя и районе аэродрома Бина. Подмена настолько убедительна, что многие зрители позднее вспоминали фильм как иностранный. Советское кино внезапно пахнет не павильоном, а солью, бензином и раскалённым песком.

Почему ребёнок за штурвалом работает до сих пор

Сравнение с «Полётом Феникса» Роберта Олдрича 1965 года возникло задним числом, но оно понятно. Там люди собирают самолёт посреди пустыни, здесь мальчик должен посадить исправную машину, толком не умея летать. В обоих случаях техника становится не украшением, а единственным шансом выбраться.

Только «Последний дюйм» бьёт ещё и по отношениям отца с сыном. Бен до катастрофы груб, раздражён и эмоционально далёк. Дэви спасает человека, который сам толком не научился быть ему отцом. Самолёт садится быстрее, чем эти двое учатся разговаривать.

На Кинопоиске картина спустя десятилетия держит 8,0. И здесь возраст фильма скорее помогает: вместо цифровой стерильности есть настоящее море, самолёт и ощущение физической опасности.

Что говорят зрители

Моя первая любовь в кино!
Alexandr Tushckanov, Кинопоиск

Его в детстве по телевизору было смотреть страшно.
Igor Alexeev, Кинопоиск

Практически испортили неплохую историю.
Vladimir Pozolotin, Кинопоиск

Неоднозначный фильм.
alexandrkhmara, Кинопоиск

Спор любопытный: для одних возраст добавил фильму веса, другие сегодня замечают условный грим, монтаж и технические шероховатости. Я бы не стала их отрицать. Просто напряжение в кабине почему-то пережило все эти недостатки.

Акулы настоящие, музыка въедается намертво

Главным оператором был Самуил Рубашкин, а подводными съёмками занимался Анатолий Попов. На Всесоюзном кинофестивале 1960 года Рубашкин получил первый приз за операторскую работу. Режиссёров наградили второй премией, как и Николая Крюкова за мужскую роль.

Отдельный герой фильма — музыка Моисея Вайнберга. «Песня Бена» на стихи Марка Соболя звучит почти вызывающе западно и прекрасно поддерживает образ человека, привыкшего рассчитывать только на себя.

Крюкову не приходится изображать супермена. Его Бен устал, ошибся и физически сломан. Муратов рядом местами очевидно остаётся ребёнком-актёром, зато в сценах полёта это даже помогает: за штурвалом действительно сидит мальчишка, которому страшно.

Кому лететь, кому остаться на земле

Смотреть, если:

• любишь приключенческое кино без компьютерных страховок;

• нравятся истории выживания вроде «Полёта Феникса»;

• хочется увидеть СССР 1950-х совсем не таким, каким его обычно показывают.

Пройти мимо, если:

• старую плёнку и условные эффекты замечаешь раньше сюжета;

• тяжело терпишь жёстких экранных отцов;

• ждёшь современного темпа и непрерывного экшена.

Мне «Последний дюйм» нравится именно своей странностью. Он одновременно советский, британский по литературной основе и почти американский по характеру героя. А когда Дэви остаётся один на один с самолётом, паспорт картины вообще перестаёт иметь значение.

Теги: Последний дюйм, советское кино, Ленфильм, Николай Крюков, Джеймс Олдридж, фильмы СССР