Афоня вернулся за Катей, а она уже передумала: другой финал комедии Данелии, в котором сантехнику пришлось повзрослеть

В 1975 году Георгий Данелия подарил Афоне неожиданную милость: Катя успела к самолёту и дала ему ещё один шанс. Борщову оставалось повернуться на знакомый голос, чтобы зрители простили ему пьяные выходки и равнодушие к девушке. Но ведь Катя могла устать ждать гораздо раньше. Представим, что на аэродроме никто не окликнул Афанасия, зато он наконец решил сам разыскать человека, которого слишком долго принимал как должное.

Билет в неизвестность пришлось вернуть

Самолёт улетел без Афони. Тот просидел на деревянной скамейке до вечера, выкурил полпачки сигарет и обнаружил, что совершенно не представляет, куда собирался лететь. В кармане лежали паспорт, деньги и билет, уже никуда не годный.

На следующее утро он вернулся в город и отправился на станцию скорой помощи. Дежурная медсестра узнала его сразу, но радости не проявила.

— Катерина перевелась в районную больницу. А вам чего?

— Жениться собираюсь.

— На ком?

— На Катерине.

— Это вы ей уже сообщили?

Афоня обиделся. Вопрос показался ему бестактным, хотя совершенно справедливым.

Катя больше не хотела быть запасным аэродромом

Катя встретила его у больничного крыльца. В одной руке держала сумку с продуктами, другой поправляла выбившиеся из-под косынки волосы. Увидев Афоню, остановилась.

— Здравствуйте, Афанасий.

Он приготовил улыбку, ту самую, перед которой когда-то сдавались квартиросъёмщицы, продавщицы и незнакомые женщины на танцах.

— Катюша, я за тобой. Собирайся.

— Куда?

— Ко мне. Или я к тебе. В общем, разберёмся.

Катя долго смотрела на него, потом неожиданно рассмеялась.

— Вы ведь даже не спросили, хочу ли я.

Оказалось, за время разлуки она успела передумать. Перевелась на новую работу, сняла комнату, познакомилась с людьми. По вечерам читала книги, ходила в кино и больше не прислушивалась к каждому телефонному звонку.

Афоня предложил ей цветы. Катя отказалась. Пообещал бросить пить, но она напомнила, что уже слышала это. Когда он заговорил о свадьбе, девушка попросила не смешить её посреди больничного двора.

— Я вас любила, Афанасий. Очень. Только устала.

Впервые в жизни Борщову отказали без возможности поторговаться.

Сантехник решил совершить подвиг

Три дня Афоня мучился. На четвёртый купил огромный букет, приехал к больнице и обнаружил, что Катя ушла на дежурство. Цветы он оставил у вахтёрши, которая тут же поинтересовалась, не желает ли гражданин заодно починить кран в туалете.

Афоня хотел возмутиться, но неожиданно согласился.

Кран оказался старым, прокладка никуда не годилась. За работу ему предложили три рубля. Прежний Афоня взял бы пять и ещё пожаловался на тяжёлые условия труда. Нынешний отказался от денег, хотя потом весь вечер жалел.

Вскоре его стали узнавать в больнице. Один раз попросили посмотреть батарею, другой — разобраться с трубой в подвале. Афоня исправно приезжал, сердился на начальство и ругался с завхозом из-за отсутствующих деталей.

Однажды Катя застала его под умывальником.

— Вы опять здесь?

— Работаю, Катерина. Государственное имущество спасаю.

— А разве вы здесь работаете?

Афоня вылез, вытер руки и задумался. Действительно, с какой стати он уже вторую неделю чинит чужую сантехнику?

На следующий день он устроился в местный ремонтный участок. Обещали общежитие и скромную зарплату. Борщов впервые не спросил, сколько можно заработать сверх неё.

Воскресенье без громких обещаний

Прошёл месяц. Афоня несколько раз встречал Катю, здоровался и уходил по своим делам. Однажды она сама остановила его возле магазина.

— Афанасий, вы в воскресенье свободны?

Он насторожился.

— А что случилось?

— Ничего. Хотела пригласить вас на чай.

Афоня уже открыл рот, чтобы сообщить о своей необыкновенной любви, но вовремя вспомнил, сколько подобных признаний успел раздать за последние годы.

— Приду, — сказал он.

— Только не опаздывайте.

В воскресенье Борщов появился ровно в три. В руках держал коробку конфет, купленную на собственную зарплату. Катя открыла дверь, удивилась его пунктуальности и пригласила войти.

Они пили чай, разговаривали о работе. Катя рассказывала про больницу, Афоня — про старые трубы и нового мастера, который оказался редкостным занудой. Несколько раз он собирался пошутить, но шутки почему-то не получались.

На прощание Катя сказала, что ничего обещать ему не может.

— Да я и не прошу, — ответил Афоня.

Она улыбнулась и закрыла дверь.

На улице начинался дождь. Борщов достал сигареты, вспомнил, что оставил зажигалку у Кати, и уже повернулся обратно. Потом передумал: ещё решит, что он специально ищет повод зайти.

Домой Афоня отправился пешком. Впереди оставалась целая жизнь, и впервые он не рассчитывал прожить её за чужой счёт.

Почему Данелия выбрал другой финал

Георгий Данелия действительно перебирал разные варианты окончания «Афони». По первоначальному замыслу герой мог улететь в незнакомый город и остаться совершенно один. Режиссёр остановился на появлении Кати, сохранив для Борщова надежду.

Наш вариант выходит менее утешительным. Афоне приходится заслуживать доверие поступками, а Катя получает право выбирать собственную судьбу. И всё-таки маленький шанс на счастье у них остаётся. Без гарантии возврата.

Теги: Афоня, Георгий Данелия, Леонид Куравлёв, Евгения Симонова, альтернативная концовка, советское кино